Итоги боев за Марьинку

Итоги боев за Марьинку

Так как сегодня после вчерашней кровавой мясорубки под Марьинкой наблюдается определенное затишье, то можно подвести некоторые итоги вчерашних боев.

 

1. Ночью с 2 на 3 июня противник предпринял активные наступательные действия в Марьинке в рамках продолжения старой линии связанной с интенсивными обстрелами прифронтовых городов ДНР и проведения локальных наступательных действий силами до РТГ. Под утро с позиций ВСН отчитывались, что с трудом отбивают атаки противника.

2. Под утро, со стороны Донецка были подтянуты резервы — сводные группы различных подразделений + бронетехника. Судя по обрывочным данным, против сил противника (часть 28-й бригады, батальон «Киев» и части усиления) наши ввели в дело до 1500 человек и до 40 единиц бронетехники. Обе стороны активно поддерживались огнем артиллерии, отмечены и факты применения РСЗО.

3. В ходе начавшейся атаки, были отработаны артиллерией позиции хунты на окраинах Марьинки, после чего в бой пошла пехота, которая начала заходить с северо-востока в жилую застройку Марьинки. Хунта эти атаки явно не ожидала, поэтому можно говорить о том, что на начальном этапе боев за взятие Марьинки, ВСН смогли добиться некоторой тактической внезапности.

4. Батальон «Киев» не выдержал концентрированного удара, понес серьезные потери и начал отходить. На фоне достигнутых успехов возникла эйфория, что и вылилось в скоропалительные заявления, что наступление или если хотите, контрнаступление завершилось взятием Марьинки с вывешиванием флага ДНР. При этом у хунты началась паника. которую удалось прекратить только к вечеру. В СМИ объявили о «стратегическом отходе» из Марьинки, волонтеры и военные начали писать о больших потерях и о том, что 28-я бригада и батальон «Киев» несут тяжелые потери и отходят. В общем, на фоне тяжелых боев в Марьинке, наше диванное воинство пребывало в эйфории, а украинское — в панике.

5. Наши выкатились к госпиталю, но встретили серьезное сопротивление противника, которое было поддержано арт.огнем, застопорились, причем как показывает командир ДРГ «Рязань», сопротивление противника оказалось настолько мощным, что наши части на захваченных позициях почти сразу оказались в очень сложном положении, так как противник явно превосходил наши штурмовые силы в средствах огневого поражения.

6. Пока в Марьинке шли уличные бои, со стороны Курахово к противнику подошло подкрепление — танки и мотопехота. При этом и ВСН так же подбрасывали подкрепление к поселку. При этом по подходящим резервам отрабатывала артиллерия сторон (есть не до конца подтвержденные данные, что наши удачно накрыли одну из колонн идущих со стороны Курахово, в результате чего там пожгли около 20 единиц техники). Есть сообщения со стороны хунты, что и с нашей стороны были потери на подходе к поселку. Общие потери сторон в технике пока определить весьма сложно.

7. Ближе к вечеру, продвижение ВСН в поселке застопорилось, а захваченные позиции подвергались сильнейшему огню танков и артиллерии противника, бои перешли в сугубо позиционную фазу. Примерно к 4-5 часам дня, командование хунты наконец то разобралось в ситуации и поняв, что не все так плохо, осторожно отчиталось, что позиции удерживаются и прорыва нет, хотя с обеих сторон фронта продолжались крики про возможный котел.

8. Командование ВСН принимает решение сворачивать лавочку и под прикрытием танков и пехоты наши отходят на свои основные позиции, оставив за собой лишь часть захваченного утром и днем 3 июня. Обе стороны обвиняют друг друга в том, что они соблюдают минские соглашения, а противник атакует. По факту, наступать вчера пытались обе стороны и обе стороны в этих действиях решительного успеха достигнуть не смогли. Во всем происходящем разумеется дежурно обвинили Россию, про обстрелы хунтой городов ДНР и ночную попытку ВСУ подвинуть наши позиции даже не вспомнили.

9. В результате тяжелых боев 3 июня, обе стороны понесли серьезные потери в людях — только в одном из спецподразделений ДНР с представителями которого вчера общались, 25 убитых в ходе боев в Марьинке. Называлась общая цифра в районе 40 убитых, но на деле она может быть и повыше.
У противника по словам участников вчерашних боев более 200 — основные потери пришлись на отступивший батальон «Киев» и те части, которые подверглись концентрированного артиллерийскому огню на блокпостах в районе Марьинки и на подходе со стороны Курахово. В результате у нас до сих пор собирают кровь для госпиталей в Донецке, у хунты для госпиталя в Курахово и для госпиталей в Киеве, Харькове, Днепропетровске и других городах, куда после вчерашней мясорубки вывозили тяжелых 300х.  В общем и целом, происходящее напомнило более прочего бои за Пески зимой 2015 года. Упорное сражение без решительных результатов. Если говорить о тех, кто вел бои за Марьинку, то хорошо себя показали как штурмовые группы спецподразделений ДНР, так и пехота хунты из 28-й бригады продемонстрировавшая неплохую устойчивость в обороне. Неплохо отрабатывала и артиллерия сторон. В целом, стороны оказались достойны друг друга.

10. В конечном итоге, после понесенных потерь и неопределенных результатов боя за Марьинку, стороны сегодня очевидно зализывают раны и интенсивность боев в районе Марьинки резко снизилась. Хунте не удалось реализовать свои наступательные замыслы ночью с 2 на 3 июня, ВСН так и не смогли взять Марьинку в ходе ответных действий утром-днем 3 июня. В итоге, стороны в целом остались про своих — линия фронта чуток сдвинулась в пользу ВСН, за что обе стороны расплатились большим кол-вом крови. При этом в ходе вчерашних боев и обстрелов в Марьинке и пригородных районах Донецка погибло примерно 15-20 мирных жителей и десятки получили ранения. В целом, это самый кровавый день войны на Украине со времен окончания битвы за Дебальцево, когда огромные потери понесли ВСУ при попытках вырваться из котла.

Будет ли продолжение этих боев, будет зависеть от тех выводов, которое командование сделает из анализа результатов боя за Марьинку. В целом, лобовые попытки штурма сильно укрепленных пунктов не обещают скорого успеха и как показывает опыт победных операций ВСН, успех достигался не в таких позиционных битвах, а там, где удавалось нащупать слабину в построениях противника, как это было в ходе боев за Кожевню и Мариновку летом 2014 года, как это было с Амвросиевским и Иловайскими котлами, как это было с Лутугинским котлом и как это было с Логвиново и Углегорском. А вот настойчивые штурмы Песок, Авдеевки, Никишино, Чернухино — как правило давали весьма скромные результаты при существенных потерях.

Источник — Colonel Cassad

ПС
Борис Рожин (Colonel Cassad), постарался как мог сгладить неприятные моменты инцидента в Марьинке, особенно поле того, как на него накинулись с обвинениями что это он сам придумал штурм, которого на самом деле не было.
Именно такую позицию заняла официальная пропаганда. Басурин (никакого штурма нет, ВСУ по неизвестным причинам оставляют свои позиции сами, а мы не можем бросить мирных жителей на произвол, а поэтому вынуждены занимать то что они оставили) это пока наступление развивалось успешно, после провала было объявлено что вообще никто ничего не занимал…
Все понятно, информационная война, пропаганда, но уподобляться киевским фиглярам, как бы тоже не надо…
По факту, о том что ВСУ первыми начали штурм, а ответ ВСН был вынужденной контратакой, сообщения стали появляться только после того как эта «контратака» захлебнулась.
То что мы вчера наблюдали, это была реакция Кремля и самих ВСН на все усиливающиеся провокации, как со стороны хунты (обстрелы Донецка, Горловки, и т.д.), так и на политическом фронте (изгнание из совета Европы, попытка отобрать ЧМ 2018, Саакашвили в одесской области с прицелом на Приднестровье, демарш Киева в Минске, неадекватная реакция Запада на санкционный список РФ, военные учения НАТО на Балтике и пр).
Судя по всему, терпение лопнуло, было решено устроить еще один котел (Авдеевка, Пески), и дальше вести переговоры уже с этих позиций, как это было в Дебальцево и Минск 2.
Чем закончилось, вы уже в курсе. Похоже, те кто принимает решения и планирует операции, продолжают недооценивать противника. Об этом много писали после боев за Дебальцево, но там задача была выполнена, хоть и ценой немалых потерь, как многие полагают совсем необязательных.
Украинские солдатики уже не те, они год на войне, и выучка и психология здорово поменялись, и если раньше ВСН могли их шапками закидывать, просто потому что там никто воевать не собирался, то теперь такого не будет. Помимо этого, и сама система ВСУ научилась выводить в первую линию тех, кто действительно готов драться.
В итоге получили обратный результат, помимо военного поражения с немалыми потерями, все это будет иметь еще и неприятные политические последствия — вместо аргумента в переговорном процессе, получили повод для обвинений в нарушении минского договора. ОБСЕ уже опубликовало отчет, в котором сплошь и рядом в срыве мирного процесса виноваты ЛДНР. На пятницу назначено внеочередное собрание совбеса ООН. Собственно, это и была цель провокаций.
В итоге, военных преференций, которые можно было бы использовать как политический рычаг — нет.
Зато есть военные потери, что само по себе плохо, политические, и что совсем нехорошо — идеологические. После этого поражения (а это было именно поражение), заявления Захарченко, о том что мы вернем Славянск, Краматорск или даже Мариуполь, будут выглядеть как фиглярство, аналогичное порошенковскому — мы вернем Крым. Их и раньше воспринимали не более как заявления, все понимают что сил ВСН достаточно разве для решения каких то локальных задач. А тут и с локальными не задалось…

ППС
Ну вот, Захарченко заявил, что потери украинских военных в боях в районе Марьинки «огромны» — около 1 тыс. силовиков ранены и 400 убиты, в то время как среди ополченцев убиты только 15 и еще 30 ранены…
Беда, «перемоги» признак беспомощности.

Похожие новости


Вы можете пропустить чтение записи и оставить комментарий. Размещение ссылок запрещено.
Оставить комментарий